Новости

Рожденные Бурей: Горуг.

25 text_september_short 2017 11:15

Автор: Артём Орловский.

Горуг

Только те, кто рожден на болотах, понимают, как опасна и извилиста тамошняя жизнь. Человек или зверь, попавший извне в эти мрачные земли, увидит лишь тину, топь, жухлую траву да поникшие деревья. Но тот, кто пропитался этим густым, вязким воздухом с самого рождения, видит в болотах нечто большее. Кочки и кусты превращаются в прекрасную ровную тропу, ведущую от одной деревеньки, скрытой в тумане и листве, к другой, стоящей на чистом озере, неизвестно как появившемся в этом мраке. Болотные огоньки убьют незнакомца, заведя в трясину, но эти же огоньки осветят путь тому, кто знает их с детства. Да, на болотах живут и чудовища. И этим чудовищам жители топей противостоят с самого рождения. Но даже эта война протекает вяло и неохотно. Ведь здесь нет просторных полей, пригодных для марша армий, или узких горных ущелий, в которых нельзя разминуться с врагом. Множество разных зверей, людей и нелюдей обитает в этом тумане. Болота пустынны, они даю море возможностей и свобод тому, кто умеет ими пользоваться. Да, жизнь в трясине сложнее, чем в городе за каменной стеной. Но такая жизнь закаляет. Так было и с Горугом, жрецом Уорлога.

Он родился в где-то в Зеккехане, где точно – он не знал и сам. Никто в болотах не полагается на карты, только лишь чутье и природное чувство ведет жителей топи. Горуг с детства отличался от сверстников – в нем не было силы, присущей гоблинам, силы, которой и не заметишь в маленьких тельцах. Он не стал шаманом, пляски с бубном навевали на него лишь скуку и сон, да и лук ему не давался, так что насмешек и подначек избежать он не смог. Некому было утешить маленького недоросля, ведь в общине все дети – общие. Маленькие гоблины взрослеют быстро, но Горугу пришлось повзрослеть раньше всех – ведь иначе он бы не выжил. Хилый и тощий, неспособный дать сдачи, - он пользовался своим телосложением чтобы пробираться туда, куда более мощный и крупные обидчики попасть не в силах. Именно с тех времен у молодого гоблина развилась способность к долгому ожиданию. Именно тогда его судьба была определена, ведь, в отличие от сородичей, у него было время – время размышлять. Откуда это взялось в нем – не скажем и он сам. Возможно, будучи маленьким и незаметным, Горуг больше обращал внимание на то, что его окружало. Даже болотные жители воспринимают топь просто как место, как то, что окружает их, оно заботит их не больше, чем людей – их собственные дома. Не рушится - и жить можно. Маленький гоблин был другим. Он чувствовал болота, он воспринимал трясину, как единую огромную сеть. Порой, закрыв глаза, Горуг видел эту сеть – неяркую и пульсирующую. Каждый узелок на этой

сети что-то значил. Вот узелок – жучок, бегущий по листу; вот еще один – чистый родник, пробивающийся из-под гнилой земли; вот прорастающей побег остролиста, затоптанный пару дней назад каким-то крупным зверем; а вот узелок оборвался – это пираньи пожирают зазевавшегося акванита, упавшего в трясину. Всё шевелилось, вибрировало и жило. А иногда Горуг видел себя – небольшой, но очень яркий узелок, сияющий неземным светом. Через этот узелок проходило множество нитей, и все они скребли, царапали его, пытаясь перетереть, разорвать, растоптать. Но никто из них не преуспел. И это наполняло юного гоблина такой энергией и желанием жить, что еще с самой юности он решил никогда не сдаваться.

***

На болотного огра Горуг впервые натолкнулся уже в сознательном возрасте. Уже не юнец, но еще не взрослый гоблин, - Горуг искал себе пищу, скакал с кочки на кочку, почти не задумываясь. Выбежав на просеку, неудачливый искатель застыл, как вкопанный. Посередине этой небольшой полянки сидел огромный огр и жрал вайла, причмокивая и хрипя. Еще несколько трупов валялось у его ног. Неизвестно, что понадобилось этому болотному народцу от огра, вероятнее всего – он набрел на деревню и, прежде чем его отогнали, успел прибить пару жителей. А уж еду огр ни за что бы не бросил. И вот теперь, обливаясь слюнями и кровью, эта тупая махина обгладывала ногу вайла, когда взгляд безмозглых зеленых глаз наткнулся на Горуга.

- Ахххррщщщаарр.. мфффхх… - вот и все, что смогло выговорить неповоротливое чудовище. Дрыгнув жирными ногами, огр попытался встать, в то время, как окровавленная грязная рука потянулась к дубине, лежавшей по соседству с трупами вайлов.

- Прошу прощения, что помешал вашей трапезе, - в Горуге взыграла неизвестно откуда взявшаяся храбрость. Юркий гоблин все так же прыжками пролетел мимо огра и скрылся в роще, за его спиной. Убедившись, что гигант его не видит, он влез на дерево и принялся ждать. Ждать пришлось еще долго – пока чудовище успокоилось и перестало реветь и молотить по земле, пока вновь уселось, чтобы закончить трапезу. Наконец, Горуг дождался. Огр, доев второе и десерт, решил, что он все еще голоден. Кое-как поднявшись, ненасытная тварь поплелась туда, где надеялась добыть себе еще пропитания – обратно в деревню вайлов. Незаметной тенью, Горуг последовал за ним. Каково же было его удивление, когда спустя почти полчаса он, вместе со своим огромным проводником пришел к пещере, скрытой в болотной грязи.

Гоблин еще не успел задуматься о том, что же может быть в этой пещере, как отвратительный крик взвился над топями. К отвратительному огру-папаше прижимался такой же отвратительный огр-детеныш. Кто бы мог подумать, что эти твари могут размножаться и защищать детенышей, даже испытывать некое подобие любви. Гигант с умилением скармливал остатки вайла своему визжащему от восторга отпрыску. Горуг не стал дольше любоваться на эту, в высшей мере отвратительную, сцену и тихонько покинул место действий. Так он познавал болотную жизнь, ту, которая скрыта от большинства других гоблинов, занятых бесконечными драками, войнами с сородичами, поеданием мухоморов и камланием перед костром. Он искал все необычное, то, что выбивалось из рамок ежедневной рутины, и внутренний компас помогал ему в этом. Со временем, этот компас, вкупе с невидимой сетью, превратились в эдакий внутренний голос, который советовал Горугу и помогал ему использовать ум и смекалку там, где не хватало грубой силы. Юный гоблин учился понимать и чувствовать болота, не сражаться с опасностями, но избегать их.

Этот день не был примечателен почти ничем. Большую его часть Горуг провел, медитирую на вершине старой ивы, куда было под силам забраться только лишь ему. В этот день треть его племени погибла в бою с соседями – аспидами, организовавшими гнездовище в полукилометре от поляны гоблинов. Горуг не сожалел, он уже давно не считал сородичей родней, но его внутренняя карта жизни никогда не видела такого сотрясения, такого количества узелков, порвавшихся одновременна. Да, его взгляд на мир требовал значительной переработки. До сих пор болотный житель смотрел на окружающее слишком узко. Безусловно, он выходил за рамки обычных гоблинов, - вероятно за свою короткую жизнь он узнал больше, чем все его племя за несколько поколений. Но, так или иначе, он оставлял на своей внутренней карте некое место, неподвластное воздействию внешней среды, дом, который он не так уж и любил, но не мог от него избавиться. Он привязывался к словам – гоблин, род, племя. Это ограничивало его. И, самое главное – он забыл, что дом тоже уязвим. С этим нужно было что-то делать. Что-то менять.

-Наконец-то ты понял, сын мой. Я рад, что ты вышел из мрака, - его внутренний голос, до того практически беззвучный, теперь загремел в его голове, - я знал, что не ошибся в своем выборе.

- Что это? Кто ты? Или кто я? – гоблин чуть было не заговорил вслух. – И не кричи так, пожалуйста, у меня от себя голова болит.

- С самого детства я следил за тобой, я помогал тебе и давал свою силу. Ты отличаешься от других, Горуг. Ты – иной. Ты не принадлежишь своему роду, хоть был и рожден таким. Ты принадлежишь всему миру. Ты можешь многое привнести в него, помочь сохранить баланс, который может вот-вот нарушиться. – Голос гремел не так сильно, теперь он больше назойливо зудел.

- Да кто ты такой вообще? Я – ты? Или ты – не я? И, сожри тебя я, ты можешь думать нормально? - Горуг чувствовал себя на редкость необычно.

- Ладно, спишем на то, что ты еще мал, балбес – голос поменял интонацию с напыщенно–возвышенного на повседневно–деловой, - я – бог.

Горуг вскочил и зашелся смехом, распугав пару птиц, сидевших на ветвях по соседству.

-Эй, побольше уважения, зелёный, - голос стал оскорбленно-возмущенным.

-То есть у меня в голове сидит бог? Похоже, что я окончательно сошел с ума. – гоблин, успокоившись, уселся обратно на ветку и переплел пальцы, - Так, чего бы мне попросить… Бог, наколдуй что-нибудь!

- Похоже, что ты все же глупее, чем я думал. Ну ладно, чтобы прекратить этот фарс – получай, - Челюсть Горуга чуть не упала вниз от удивления. Прямо из ветки напротив него ударил чистейший родниковый ключ, вода полилась по листьями и ветвям, стекая к земле.

- Это я как сделал? Это вообще что такое? - гоблин все еще не мог прийти в себя.

- Я же тебе говорю – я бог. Зовут – Уорлог. Начинай уже думать, Горуг, я тут тебе про судьбу мира рассказываю, – голос звучал весьма недовольно.

- Эм, ладно, прости, продолжай, - гоблин уселся и постарался отрешиться от явной неестественности происходящего, - а, нет, не продолжай. Почему у тебя такой голос странный? И вообще, как ты в моей голове говоришь?

- Гоблин, ты еще не понял? Я – бог. Я говорю с тобой через твою кровь, кровь существа, принадлежащего стихии воды. Я создал твоих предков, я

создал эти земли. То, как ты слышишь меня – лишь интерпретация твоего сознания связи со мной. С таким же успехом ты мог слышать мой голос из трясины, или из деревьев. А что касается личности – твой ум подыскивает что-то близкое, знакомое и похожее. Или, ты думаешь, я действительно трачу время на то, чтобы сидеть в твоей голове и выслушивать твои шуточки? Насколько я мог заметить, ты все же не так глуп.

- Ясно, ясно. – Горуг наконец успокоился и уселся на ветку, - Я тебя очень внимательно слушаю.

Голос откашлялся и вернулся к возвышенному тону.

- Горуг, мир наш теряет баланс сил. С самого начала тьма и свет находились в равновесии, сдерживали друг друга, не давая сопернику победить и свергнуть мир в хаос. Все поровну. Пополам. Один к одному. Но сейчас темная сила начала пробуждаться и набирать мощь. Свет не сможет остановить её. Свету нужны воины, способные сдержать волну темной энергии, которая вскоре захлестнет весь Лаар.

- Ла-что? Прости, я немного отвлекся, - гоблин почесал затылок. Он все никак не мог привыкнуть к той мысли, что он – бог.

- Да не бог ты, безмоглый гоблин. Это я – бог. А зовут меня – Уорлог. Просто я с тобой так общаюсь, - голос сорвался на крик, - И как тебе удалось обвести меня вокруг пальца? Все эти годы ты не выглядел таким идиотом, Сеггер меня прости. Лаар – мир в котором ты живешь, несчастный ты болотный пень.

- Да понял я, понял, - ты бог, я не бог. Кричать и обзываться то зачем. Короче, бог, чего тебе от меня надо то? Объясни уже, наконец?

- Если бы ты меня не перебивал, зеленый, я бы уже давно объяснил. – Уорлог наконец успокоился и заговорил спокойно и серьезно, - послушай, тьма собирает силы. Как ты мог заметить, ты отличаешься от сородичей в лучшую сторону. Такие как ты нужны нам, чтобы сдержать темные силы. Конечно, за всю жизнь ты ничего не видел, кроме болот, но поверь – мир куда больше, чем тебе кажется. Ты уже понял сам, что понятие дома тебе чуждо, потому ты и должен отправиться на север.

- Ну а что там на севере то? Все то же, что и тут, - гоблин скривился и почесал нос большим пальцем ноги.

- На севере – огромные горы, каких ты никогда и не видывал. Да ты даже не знаешь, что такое горы. Но ничего, это поправимо. В общем – ты пойдешь туда и найдешь там одного человека.

- Человека? А это кто такой?

Уорлог на секунду задумался.

- Ну это как вайл, только не такой кривой и розовый.

Гоблин чуть не упал с ветки от смеха

- Розовый вайл? Вот на это я бы посмотрел. Ладно, бог, пойду я на север, тут мне делать больше нечего. Так кого мне найти и зачем?

- Этого человека зовут Ниара. Она – самка. Так вот, будешь ей помогать. Ей нужна твоя помощь, чтобы увидеть силу тьмы. Я помогу ей через тебя, ведь напрямую давать ей силы я не имею права, она на не принадлежит мне.

- А я что, принадлежу? - возмутился Горуг

- Я, между прочим, создал тебя. Как и весь болотный народ. Так что да, принадлежишь. Но я, честно говоря, не особо люблю вмешиваться - живите, как хотите. Но сейчас я вынужден, - голос вновь посерьезнел, - Горуг, не тяни. Поверь, шутки – шутками, но скоро ты сам все поймешь. Конечно, когда ты выберешься из болот, все будет для тебя в новинку, но ты быстро освоишься – я тебя не зря выбрал. Ты разберешься в том, что происходит в мире. И, поверь, ты сможешь помочь ему вернуться на правильный путь. Хоть ты и ведешь себя, как ребенок, - ты мудр не по годам. А это чего-то да стоит.

- Эх, спасибо на добром слове, бог. Ладно, идем. Ты-то хоть со мной останешься? – Гоблин ловко спрыгнул с дерева и потянулся всем телом.

- А куда же я денусь, мой зеленый друг. Но учти, все время я с тобой болтать не буду, у меня и другие дела есть.

- Какие дела, ты же бог?

Болтливый гоблин зашагал по тропинке, что-то напевая и бурча себе под нос. Впереди его ждали приключения.